Original size 1080x1440

Эстетика несовершенства в модной фотографии

PROTECT STATUS: not protected
This project is a student project at the School of Design or a research project at the School of Design. This project is not commercial and serves educational purposes
The project is taking part in the competition

Рубрикатор



[1] Концепция
[2] Несовершенство и фотографическая правда
[3] Между документальностью и постановкой
[4] Современный российский кейс Planta Rosa
[5] Заключение

Концепция

Модная фотография формирует представления о красоте, привлекательности и желаемом образе жизни. При этом выразительность модного изображения не всегда связана с внешней безупречностью. Бытовая обстановка, неловкая поза, резкий свет или непривычное кадрирование могут становиться основой визуального решения. Такие снимки сохраняют связь с миром моды, одновременно напоминая фотографии из личного архива. Эстетика несовершенства объединяет разные способы отступления от условной нормы идеального изображения. Она проявляется в работе со светом и цветом, в композиции, жестах, выражениях лица и выборе пространства. Понятие несовершенства здесь относится к способу представления человека и вещи. Индивидуальные особенности внешности сами по себе не рассматриваются как недостатки: значение имеет то, какие зрительские ожидания нарушает фотография. Основной вопрос исследования — каким образом видимая неидеальность создаёт ощущение близости и достоверности в модной фотографии. Гипотеза заключается в том, что этот эффект возникает благодаря деталям, сохраняющим впечатление конкретной ситуации: следам повседневного использования пространства, незавершённому жесту, взаимодействию тела и одежды. Вместе с тем впечатление случайности может быть результатом постановки и тщательного отбора. Основной материал составляют фотографии 1990-х годов и последующих десятилетий. Работы Нэн Голдин и Коринн Дэй раскрывают значение близости и повседневной среды. Центральное место занимают фотографии Юргена Теллера, позволяющие сопоставить телесную конкретность, неловкость и юмор в личных проектах, журнальных съёмках и рекламе. Произведения Синди Шерман, Вольфганга Тильманса и Марка Бортвика расширяют сравнение, показывая разные отношения между постановкой и ощущением непринуждённости. Исследование состоит из трёх разделов. Первый посвящён связи несовершенства с представлением о фотографической правде. Во втором рассматриваются конкретные серии и способы организации изображения. Третий раздел посвящён фотографиям Славы Порожного для Planta Rosa. Этот пример позволяет проследить использование эстетики несовершенства в современном российском модном брендинге и поставить вопрос о границе между авторским наблюдением и воспроизводимой стилизацией.

Метод исследования основан на сопоставлении отдельных снимков и серий с учётом их назначения и контекста публикации. Анализируются пространство, свет, композиция, поведение героев и роль одежды. Документальные обстоятельства съёмки отделены от визуальных признаков документальности. Источниками служат музейные коллекции, авторские архивы, интервью и издательские материалы. Теоретическую основу составляют работы Зигфрида Кракауэра, Шарлотты Коттон и исследование Джонатана Шрёдера о применении эстетики моментального снимка в коммуникации брендов. [1–3]

[1] Несовершенство и фотографическая правда

Почему случайному снимку легко поверить

На фотографии детей у моря, сделанной неизвестным автором около 1890 года, фигуры распределены внутри круглого кадра неравномерно. Девочка спереди привлекает внимание сильнее остальных, а пространство продолжается за границей изображения. Снимок связан с ранней любительской практикой Kodak. Его повседневный сюжет и несогласованность жестов можно прочитать как признаки события, которое существует независимо от фотографа.

Original size 576x582

Неизвестный фотограф. Children paddling in the sea. Около 1890

post

Именно эта возможность достроить событие делает любительскую фотографию важной для дальнейшего разговора о моде. Зритель мысленно помещает человека в пространство, где до и после снимка что-то происходило. В результате одежда, выражение лица и окружающие вещи воспринимаются как части одной ситуации.Анри Картье-Брессон. Derrière la gare Saint-Lazare, Paris («За вокзалом Сен-Лазар, Париж»). 1932

Видимость события и устройство фотографии

«Автопортрет в виде утопленника» Ипполита Байара 1840 года показывает, насколько рано фотография стала соединять достоверный вид с вымышленным событием. Автор изображает собственную смерть, которой не было. В «Молочной короне» Гарольда Эджертона 1957 года, напротив, существует реальное физическое событие, но нашему зрению оно в такой форме недоступно: его видимость обеспечена техническим устройством съёмки. Ни внешняя убедительность, ни непривычность изображения сами по себе не определяют его отношение к факту.

Ипполит Байар. Le Noyé / Self-Portrait as a Drowned Man. 1840 / Гарольд Эджертон. Milk Drop Coronet. 1957

Original size 788x590

Робер Дуано. Le Baiser de l’Hôtel de Ville, Paris («Поцелуй у парижской ратуши»). 1950

В первой главе «Природы фильма» Кракауэр рассматривает реалистическую и формотворческую тенденции фотографии. Для этого исследования такое различение важно как способ увидеть одновременно связь снимка с физическим миром и участие автора в его организации. Модная фотография особенно ясно обнаруживает это сочетание: камера фиксирует реальные тела и вещи внутри ситуации, которую могли специально подготовить. [2] Поэтому в дальнейшем я рассматриваю не только то, что кажется «естественным», но и то, за счёт чего появляется это впечатление. Видимая вспышка, смятый текстиль или неустойчивая поза позволяют описать изображение.

[2] Между документальностью и постановкой

Нэн Голдин и пространство близости

Original size 1624x1082

Нэн Голдин. Nan and Brian in Bed, New York City. 1983

В фотографии Нэн Голдин «Нэн и Брайан в постели, Нью-Йорк» 1983 года напряжение создают расстояние между двумя людьми и несовпадение направлений их взглядов. Тёплый цвет комнаты, постель и тесное кадрирование дают ощущение личного пространства. Здесь бытовая обстановка участвует в изображении отношений. Она не служит нейтральным фоном, который можно без потерь заменить студийной декорацией.

Original size 886x590

Нэн Голдин. Jimmy Paulette & Misty in a Taxi, NYC. 1991

Original size 894x590

Нэн Голдин. Greer and Robert on the bed, New York City. 1982

Коринн Дэй и обыденность модного тела

Коринн Дэй. 3rd Summer of Love. The Face. 1990

В серии Коринн Дэй «3rd Summer of Love» для The Face 1990 года Кейт Мосс предстаёт в разных состояниях: на обложке она улыбается, а на другом журнальном листе стоит босиком у потёртой стены. Между этими изображениями возникает переход от выразительного крупного плана к обычной пространственной ситуации. Небрежность волос, свободная одежда и отсутствие выразительной позы создают ощущение естественности, в ней отсутствует гламур. Особенно показательно изображение у стены: тяжесть тела перенесена на одну ногу, в руке сигарета, взгляд направлен в сторону. Стена сохраняет пятна и неровности, поэтому модель не изолирована от среды. Эти детали позволяют прочитать сцену как живой эпизод ожидания. При этом журнальная вёрстка напоминает, что перед нами уже отобранный и опубликованный материал. Ощущение непринуждённости возникает внутри вполне определённого медиального оформления.

Коринн Дэй. Underexposed. British Vogue. Июнь 1993

В «Underexposed», опубликованной в британском Vogue в июне 1993 года, Дэй снимает Мосс в её квартире в Западном Лондоне. В выбранных кадрах остаются комод, постель, одеяло и тесное пространство комнаты. На одном снимке героиня стоит к камере спиной, на другом укрывается одеялом. Предметы домашней жизни становятся частью изображения.

Коринн Дэй. Underexposed. British Vogue. Июнь 1993

Сопоставление кадров позволяет увидеть, как повседневность удерживается в серии. Обстановка не меняется на идеальный фон, а положение тела не сводится к демонстрации одного выгодного ракурса. Одеяло частично скрывает фигуру и одновременно добавляет ей вес и объём. Одежда взаимодействует с жестами и предметами комнаты. В таком прочтении главным становится присутствие человека в конкретной ситуации, а не изолированная форма.

Повседневная деталь становится выразительной, когда меняет отношения между человеком, вещью и пространством.

Юрген Теллер и присутствие человека

post

В кадре «Kristen McMenamy, No. 3, London» 1996 года Теллер соединяет прямой взгляд модели, обнажённый торс и нанесённое на тело слово «Versace» в обрамлении сердца. Фотография была создана для Süddeutsche Zeitung; музей Palais Galliera также указывает на след от молнии, заметный на коже. Логотип здесь превращён в телесную надпись, а поверхность тела сохраняет след конкретного обстоятельства.Юрген Теллер. Kristen McMenamy, No. 3, London. 1996

Эстетика несовершенства в модной фотографии
Project created at 17.11.2026
We use cookies to improve the operation of the website and to enhance its usability. More detailed information on the use of cookies can be fo...
Show more