проект «это точно я?» был показан как часть выставки «Диплом 26. Карнавал в этот поздний час» в галерее HSE ART GALLERY на винзаводе
даты выставки: 26 мая — 30 июня 2026 года куратор выставки: Васса Пыркова
общий вид экспозиции
«сознание и есть непрерывный процесс ничтожения своего прошлого бытия»
жан-поль сартр
когда-то субъекта считался цельной и постоянной сущностью, постоянной и неизменной. но развитие науки и философии показало, что человек — это неустойчивый, постоянно меняющийся, фрагментарный процесс.
согласно жильберу симондону, человек находится в процессе постоянной индивидуации, непрекращающегося становления, присущего живому существу. индивид — не статичный набор характеристик, а изменчивый поток переменных, сменяющих друг друга фаз и состояний.
воспоминания — не фиксированные факты, а часть бесконечного процесса переоткрытия себя, в котором личность — это длящийся генезис. и человек для себя остается всегда неполным и недостижимым, становясь для себя «Другим»*.
«я есть некто другой»
артюр рембо
мой проект посвящен тому, как именно воспоминания и аффекты памяти влияют на самоопределение. как из фрагментов и наслоений образуется множественный подвижный субъект.
я показываю, как из разрозненного и подвижного набора воспоминаний, личных артефактов и коллективного опыта формируется многосложный образ себя. это общий опыт, универсальный для всех людей, но показываю на своём примере, как на самом мне доступном. моя цель — обнаружить мерцание, изменчивость, неуверенность.
эскиз
внутренний монолог, сомнение и невозможность окончательно зафиксировать собственную историю становятся основой проекта.
разрозненный, хрупкий и подвижный архив локализован в сновидческом пространстве чердака. это не совсем обычное место для сентиментального хранения воспоминаний, тут соседствуют личное и общее, документальное и вымышленное, случившееся и потенциальное, а из хаоса загромождённой памяти стихийно собирается и пересобирается подвижное и мерцающее ощущение себя.
а особое значение приобретает ручной труд и мотив шитья. я использую заведомо хрупкие материалы — бумагу, кальку, нитки. бумага легко разрушается, а нитки путаются.
девочка с разбитой коленкой
смысловая ось всего проекта «это точно я?», о котором я постепенно рассказываю. несущий элемент и ключ к пониманию всего, что происходит вокруг.
в тексте, распавшемся на отдельные фразы и ситуации, манифестируется ключевая мысль — я не могу сказать точно, что я такое. пытаюсь определить себя через набор ощущений и воспоминаний, но постоянно сомневаюсь в том, в было ли это вообще. скорее всего было, но со мной ли? я это или не я. я помню красные туфли, но чьи они? а веснушки? кто тогда не решился написать? а кто решился?
я перебираю эти обрывки воспоминаний и пытаюсь сложить из них себя, но каждый раз я не уверена, что получилась именно я. и тогда процесс повторяется снова, но на этот раз чуть иначе. и так до бесконечности.
серия открыток 10×15 см и слоистая графика на её основе
экспонирование предполагает взаимодействие с открытками
это точно я?
общий вид инсталляции
центральной частью проекта, его сердцем и душой, является инсталляция.
что случается с воспоминаниями, когда они утрачивают конкретность и превращаются в бесплотные навязчивые образы? эти образы множатся, сливаясь в бесформенные облака, создающие фоновый шум в мыслях.
для меня таким образом является птица. бесплотные, почти исчезающие, как призраки, кружатся они в пространстве чердака, находясь в постоянном движении. и в этом вихре образов-птиц рождается моё призрачное ощущение себя, моя ускользающая идентичность.
портреты людей, которых я не помню
эскиз
серия объектов, в которых воплощаются портреты людей, которых невозможно забыть, однако, их лица стираются из памяти, оставляя после себя клубок неясных образов. например, про свою бабушку я помню совсем мало: у неё были кошки и пушистая шаль, а с мальчиком, который мне нравился, мы обменивались смс-ками. из прочной связи и взаимного переплетения этих остаточных фантомных элементов складываются портреты, невнятные, неконкретные, запутанные.
бабушка, 50×135 см // мой первый друг, 45×102 см // первая любовь, 60×133 см // проволока, бисер, нитки
хранить нельзя открыть
эскиз
коробки из кальки, эфемерные, полупрозрачные, наполненные, вероятно, ценными воспоминаниями. но сложно сказать с уверенностью, потому что большинство из них закрыты, и остаётся только гадать. да и в открытых находится что-то запутанное и не очень конкретное. что это? какой-то город? кто это гуляет? я? что за кошка? а птицы? и хотя это что-то такое, с чем жалко расстаться, невозможно разобрать, что это за смутные образы, и почему им отведено такое место.
калька, смешанная техника, 9 коробок по 30×20×20 см
экспонирование
ничего не забываю
калька, размер работ 60×90 см
в серии фотографий я воссоздаю эффект перегруженной памяти, в которой образы слепляются в неразличимый хаос воспоминаний, из которого исчезает конкретность, а вместо неё проступает абстрактный образ воспоминания, нечёткий, смазанный, как сама память.
детали
точки бифуркации
общий вид
каждая работа в серии посвящена какому-то значимому моменту. или не такому уж значимому, сложно сказать. на обрывки исчезающих воспоминаний наслаиваются множественные образы того, что было, могло быть или даже не могло. они сплетаются, путаются друг с другом, образуя сложносоставные слоистые сущности. это и есть по сути своей сама память, в которой постоянно происходит такой синтез событий, чего-то личного или общего, куда встраиваются образы популярной культуры или каких-то призрачных фантазий. это и есть мы сами.
завтрак в париже 30×40 см // настя 10×12 см // кто-то, я и чайки 13×12 см // одноклассник 13×12 см
репереживания
фрагмент работы «не помню, взяли ли мы кота»
эта графическая серия о том, как трансформируется воспоминание с течением времени, как оно искажается, как вступает во взаимодействие личное с коллективным. я раз за разом пытаюсь вспомнить своё первое сентября, но не помню почти ничего. кто из них я? были ли у меня банты? а портфель? зато гладиолусы точно были. вроде. размытый образ меняется, обрастает новыми узнаваемыми деталями, но поэтому лично мне так сложно понять, а было ли это со мной… и забрали ли мы домой того дворового кота. или это было с кем-то ещё?
я никогда не смогу сказать с уверенностью, это очень запутанная сущность, запутанная память, и мы такие же запутанные, неуверенные, мерцающие.
не помню, взяли ли мы кота, холст, акрил 160×250 см
я помню только гладиолусы холст, акрил 160×250 см
открытие выставки «Диплом 26. Карнавал в этот поздний час»
благодарности
куратору Саше Кузнецовой команде галереи HSE ART GALLERY Вассе Пырковой, Анастасии Шабашовой монтажникам
за фотографии экспозиции и репортажную съёмку Роману Коновалову, Денису Лапшину, Лене Лапиной и Евгении Савкиной
группе множество и друзьям за поддержку
коллегам и заказчикам за понимание и терпение




