Двенадцать Грузий: региональная типология грузинского народного костюма

Грузинский народный костюм XIX века — это, по сути, не один костюм, а двенадцать. Силуэт «грузина», ставший визитной карточкой страны на сценах и обложках туристических буклетов — чёрная чоха с газырями, серебряный пояс, кинжал — в действительности лишь один из локальных типов, картли-кахетинский дворянский. Параллельно с ним в стране существовали мохевский в белой шерсти и высокой папахе, хевсурский с крестовой вышивкой и кольчугой, сванский с войлочной шапочкой-куди, аджарский с шальварами и платом-монистом, имеретинский с крошечным папанаки на шнурках под подбородком — и ещё шесть полноценных региональных систем. По встречной фигуре в чохе грузин ещё сто лет назад мог сказать, идёт перед ним мтиул, пшав или гуриец: костюм работал как паспорт, в котором сразу читались родная долина, конфессия, сословие и нередко конкретное село. Сегодня этот язык фактически утрачен, и его носителей сменили реконструкторы и танцоры ансамблей. Цель настоящего исследования — восстановить полную карту двенадцати региональных типов и подробно описать визуальные маркеры каждого.

Чтобы понять, как в стране размером со Швейцарию могло сложиться двенадцать самостоятельных костюмных школ, нужно ответить на вопрос: как вообще такая разнородность возможна и почему именно эта страна стала её носителем? Ответ кроется в самом устройстве грузинской географии и политической истории. К VIII веку н. э. на территории нынешней Грузии сложились княжества Кахети, Эрети, Абхазия, к XV веку — Картли, Имеретия, Мегрелия, Гурия и другие, соответствующие сегодняшним историко-этнографическим областям. Каждое княжество веками имело собственные торговые маршруты, ремесленные центры и культурные доминанты: Картли смотрело в Иран и Византию, Имеретия — в византийско-греческий мир Чёрного моря, Аджария попала под четырёхвековое османское владычество, а высокогорные хевсуры, сваны и тушины сохраняли почти полную независимость от любой равнинной власти. Параллельно этой политической мозаике работала вертикальная: от уровня моря в приморской Аджарии до 2200 метров в Сванетии — резкий разрыв климата и материала. Шёлк там, где можно растить шелкопряда; войлок и шерсть там, где зимой минус двадцать. К этому добавился определяющий слой — восточно-кавказские горские общества (хевсуры, пшавы, тушины, мтиулы, мохевцы), которые сохранили в XIX и даже в XX веке костюмные формы XIII–XV веков: крестовую вышивку по сукну, кольчуги, защитные знаки на спине плаща. Хевсуры буквально носили средневековые доспехи до 1930-х годов, когда советская власть начала их принудительное переселение на равнины — последний живой средневековый костюм Европы исчез на памяти двух поколений.

Так грузинский костюм стал уникальным случаем в мировой материальной культуре: не одна традиция с региональными вариациями и не двенадцать разных языков, а двенадцать диалектов одной системы, удерживаемых вместе общим каркасом — ахалухи, чоха, серебряный пояс, лечаки, картули каба — но различающихся по всем остальным параметрам так же, как португальский отличается от румынского. Только в советских сценических ансамблях («Сухишвили», основанный в 1945 г., и «Эрисиони») и в постсоветской государственной репрезентации эта плотная карта свелась к одному обобщённому образу. Задача настоящего исследования — восстановить её обратно: показать двенадцать типов как двенадцать, а не как один.

Грузинский костюм начинается не с шёлка и не с серебра, а с золота. В 1947 году под Цалкой, в курганах Триалетской культуры (XXIII–XV вв. до н. э.), археологи нашли серебряный кубок высотой 11 см. На его верхнем фризе — двадцать два мужчины в масках, несущие чаши, движутся к сидящему человеку с поднятой чашей. Это древнейшее изображение церемониального костюма на территории Грузии: длинные одежды до щиколоток, пояса, головные уборы. До хевсурского плаща и кахетинской чохи от этой сцены — тридцать пять веков, но базовая структура мужского костюма — длинный распашной верх, фиксируемый поясом — уже на месте.

Через тысячу лет, на другом конце страны, разворачивается ещё более радикальный сюжет. В колхидском городе Вани (современная Имеретия), который греки называли «городом, лопающимся от золота», археологи раскопали с 1947 года несколько княжеских могил V–IV вв. до н. э. В одной из них — золотая диадема весом 222 грамма, украшенная рельефом со львами, нападающими на кабанов; её размер показывает, что носили её поверх тканевого головного убора, то есть это уже сложная двухъярусная конструкция.

В другой — ожерелье с 31 подвеской в виде черепах; глаза маленьких черепах сделаны из стеклянных вставок, большой — из золота.

В третьей — головной убор из 169 золотых элементов с четырнадцатью группами стилизованных всадников. И отдельно — то, что в любой другой древней культуре было бы сенсацией, а в Вани прошло почти незамеченным: золотые церемониальные шлемы знатных колхских женщин. Женщина в полном парадном костюме надевала шлем — это означает, что архаический грузинский женский комплекс включал воинскую составляющую, исчезнувшую только к раннему средневековью.

К VIII веку н. э. на территории нынешней Грузии складывается то, что определит костюмную карту страны на следующую тысячу лет — княжества Кахети, Эрети, Абхазия, позже Картли, Имеретия, Мегрелия, Гурия. К золотому веку Грузии — времени Давида Строителя (XII в.) и царицы Тамар (1184–1213) — оформляется тип, который мы по фрескам Гелати и Бетании и по миниатюрам Алавердского четвероевангелия знаем как «классический грузинский знатный костюм»: распашное верхнее платье до пола, ахалухи под ним, наборный пояс, у мужчин — оружие, у женщин — лечаки и нагрудный комплекс. Это и есть исходная модель, которая в следующие шесть веков распадётся на двенадцать региональных диалектов.

Параллельно в горах происходит нечто принципиально иное: костюм там не развивается, а консервируется. Хевсуретия, Сванетия, Тушетия в силу полной географической изоляции — горные ущелья отрезаны от равнины снегом по восемь месяцев в году — сохраняют до XX века формы XIII–XV веков. Когда в 1956 году немецкий этнограф Адольф Дирр публикует фотографии хевсуров, на снимках — буквально средневековые воины в кольчугах и шлемах с прорезями для глаз. Это последний живой средневековый костюм Европы. Через три года, в 1959-м, советская власть начинает принудительное переселение хевсуров на равнины, и через два поколения этой традиции уже нет. К XVIII–XIX векам, на момент, когда мы можем зафиксировать систему через фотографию и музейные коллекции, грузинский костюм состоит из общего каркаса и двенадцати его региональных модификаций. Общий каркас: для мужчин — ахалухи, чоха, наборный пояс с кинжалом, папаха или войлочная шапка; для женщин — перанги, картули каба, серебряный пояс, лечаки, катиби. Региональные модификации — это и есть предмет нашего исследования.

Мтиулы живут в Душетском муниципалитете, в верховьях Арагви. Их костюм — самый сдержанный из четырёх горских: тёмная чоха средней длины без декора, простая папаха, наборный кожаный пояс с кинжалом. Если хевсур — это горец с цветной вышивкой, а мохевец — горец в белом, то мтиул — это горец нейтральный, без выраженного декоративного маркера. Это создаёт парадокс: мтиульский костюм труднее всего опознать, потому что у него нет одного броского признака — он опознаётся через отсутствие чужих признаков.

Мохевцы населяют ущелье Хеви вокруг сегодняшнего Степанцминды (бывший Казбеги). Их костюм узнаётся мгновенно по белому цвету: высокая белая или светло-серая папаха, светлая чоха из неокрашенного войлока, белый плащ-набади. Это объясняется культурным обменом: мохевцы веками жили на стыке грузин, осетин и ингушей, и северокавказская традиция белого войлока — это их прямое заимствование оттуда. Женский мохевский костюм — тёмное длинное платье плюс белый платок-мандили, часто с серебряной фурнитурой.

Хевсуры — самый известный и самый необычный из всех грузинских типов. Они занимают высокогорную Хевсуретию по обе стороны Главного Кавказского хребта (южные склоны — в Грузии, северные — в верховьях Аргуна, граничащих с Чечнёй). Их костюм — тёмно-синее или чёрное домотканое шерстяное сукно толи, сплошь покрытое крестовой вышивкой цветным шерстяным крестиком и аппликацией. Мотивы — ромб, крест, зигзаг, выполненные в красном, жёлтом, зелёном, белом. На спине плаща — большой вышитый крест: маркер христианской идентичности в окружении мусульманских соседей за хребтом. До 1930-х годов мужчина-хевсур носил кольчугу под верхней одеждой, шлем-чичкари с кольчужной сеткой для лица и шеи, круглый щит на поясе и большой прямой кинжал. Женский костюм — туника-садиатсо с расстёгивающимся передом (открывался только после первых родов, для кормления), в траур одежду выворачивали наизнанку, чтобы скрыть весёлый орнамент. Хевсурский костюм — это не реконструкция средневековья, это его прямое продолжение, дожившее до телефонной эры.

Пшавы живут в Душетском районе по Пшавской Арагви — соседи и родственники хевсуров (в средневековых грузинских летописях обе группы фигурируют под общим этнонимом «пховцы»). Парадокс пшавского костюма — в его «полу-горскости»: пшав уже не равнинный, ещё не хевсурский. Чоха тёмная, узкие штаны, но крестовой вышивки нет — её место занимают вязаные шерстяные изделия. Пшавы славились по всей Грузии как лучшие мастера шерстяных носков, ноговиц, хурджинов — и их костюм узнаётся не по верху, а по носкам и поясу с геометрическим орнаментом.

Рачинцы занимают горную Рачу на северо-западе. Их костюм — компромиссный: уже не лёгкий имеретинский, ещё не массивный сванский. Главный визуальный маркер — красная женская блузка, видимая из-под верхнего платья. Это специфически рачинская деталь, не повторяющаяся больше нигде. У мужчин — короткая тёмная чоха, войлочная шапочка средней высоты, домотканое сукно.

Сваны — высокогорные жители Сванетии (высоты до 2200 м), одна из двух больших этнографических групп Грузии (наряду с собственно картвелами), говорящая на отдельном сванском языке. Их костюм узнаётся по двум вещам: войлочной шапочке сванури куди — небольшой, круглой, низкой, с лёгким коническим верхом, часто с вышитым крестом или цветным ободком; и женской чохе, надеваемой поверх атласного платья. Сванетия — единственный регион Грузии, где у женщин существует собственная чоха, что объясняется суровостью климата и тем, что женщины наравне с мужчинами участвовали в тяжёлой горной работе. Свадебный сванский костюм — это плотная шерстяная база, серебряная вышивка, белая шерстяная вуаль и капюшон с меховой опушкой. Мужской свадебный — тяжёлая шерстяная чоха, кожаный пояс, длинный плащ-набади.

Картлийцы и Кахетинцы Эти два региона — историческое ядро грузинской государственности. Картли — окрестности Тбилиси, Кахетия — виноградная провинция к востоку. Костюм здесь самый «дворянский», самый узнаваемый и именно он лёг в основу советского и постсоветского национального образа «грузина».

Картлийцы носят то, что считается эталоном: чёрная или тёмно-синяя приталенная чоха с газырями на груди, белая ахалухи с воротником-стойкой, серебряный наборный пояс с кинжалом, сапоги мхедрули. Для дворянской знати — чоха, расшитая золотом, с разрезными декоративными рукавами. Женский картлийский костюм — это картули каба: высокий лиф, узкая талия, юбка-колокол из шёлка или бархата, серебряный пояс, свисающий концами почти до подола, лечаки (тюлевая вуаль на проволочном каркасе) и поверх неё мандили. Палитра у женщин — белый, голубой, винно-красный, цвет слоновой кости; обильное золотое шитьё для знати.

Кахетинцы носят структурно тот же восточный комплекс, но с одним фирменным маркером — кахури, плотно прилегающей войлочной шапочкой без полей, чёрной или белой. По кахури кахетинец опознаётся за двадцать шагов. Чоха у кахетинцев традиционно носится менее парадно, чаще в повседневном варианте; женский костюм проще картлийского, с меньшим количеством золотого шитья.

Имеретинцы, Мегрелы, Гурийцы Это «лёгкий» блок: ткани тоньше, цвета светлее, силуэты мягче. Влияние Чёрного моря, греческое и византийское наследие, торговые связи с Трапезундом. Имеретинцы живут вокруг Кутаиси. Их костюм узнаётся по папанаки — крошечной плоской шапочке-блюдцу, удерживающейся на голове шнурками под подбородком. Этот головной убор не имеет аналогов в других регионах, и одной этой детали достаточно для опознания. У мужчин чоха легче и короче картлийской, у женщин — светлые шёлковые ткани, лёгкая вуаль, минимум массивного серебра.

Мегрелы населяют Мегрелию (Самегрело) на северо-западе, говорят на мегрельском языке — одном из четырёх картвельских. Костюм мегрелов структурно близок картлийскому, но «прибрежный»: более тонкая мужская чоха, у женщин — пышные собранные у плеч рукава, лёгкие шёлковые ткани в пастельной палитре, белый плат без жёсткого каркаса лечаки. Меньше серебра, больше тонкого шитья.

Гурийцы живут южнее, в Гурии. Главная особенность — короткая, «прыгающая» мужская чоха, иногда укороченная до бёдер. Гурийская чоха известна как самая подвижная — она проектировалась под быструю верховую езду и танец. Не случайно знаменитые гурийские танцы (например, хоруми) исполняются именно в укороченной чохе. Женский гурийский костюм мягче картлийского, с менее жёстким лифом.

Аджария — единственный мусульманский регион Грузии. Четыре века под Османской империей (1614–1878) превратили её в визуально особое место. Аджарский женский костюм — это шальвары (широкие шаровары) плюс длинная туника, на голове — плат с подвесками из монет или жемчуга, поверх — лёгкая шёлковая накидка. Это не картули каба и не лечаки: это османский тип женского костюма, перенесённый в Грузию через религиозно-политическую границу. Доминирующие цвета — красный и золотой, обильное золотое шитьё, шёлк. Мужской аджарский костюм ближе к гурийскому, но с более яркой золотой отделкой. После присоединения Аджарии к Российской империи в 1878 году и особенно после установления советской власти этот тип начал быстро уходить, но до сих пор сохраняется в свадебной практике аджарских семей.

Грузинский костюм — это не один наряд, а двенадцать. На территории меньше Швейцарии сложилось двенадцать самостоятельных региональных типов, объединённых общим каркасом (чоха, пояс, картули каба, лечаки), но различающихся силуэтом, головным убором, тканью, декором и цветом так же сильно, как соседние языки. Это разнообразие создала не вера, а география: высота над уровнем моря, доступ к шёлку или шерсти, близость к Ирану, Византии, Османской империи или Северному Кавказу. Горная изоляция законсервировала в Хевсуретии и Сванетии формы XIII–XV веков — до XX века люди буквально носили средневековье. Сто лет назад костюм работал как паспорт: по встречному читались его долина, сословие и вера. Сегодня этот язык почти утрачен — двенадцать типов схлопнулись в один парадный «национальный» образ. Исследование восстанавливает карту обратно: показывает двенадцать традиций как двенадцать, а не как одну.