Original size 1140x1600

Образ зайца в советской анимации 30-х и 40-х годов

PROTECT STATUS: not protected
This project is a student project at the School of Design or a research project at the School of Design. This project is not commercial and serves educational purposes
The project is taking part in the competition

Рубрикатор

— Концепция — Силуэт и анатомия зайца — Роль цвета и света — Социальный образ зайца — Заключение

Концепция

Образ зайца принадлежит к числу наиболее устойчивых и повторяющихся персонажей советского анимационного пантеона, однако его визуальная репрезентация в разные исторические периоды претерпевала существенные изменения. Выбранный хронологический отрезок (1937–1944) представляет собой уникальный период, когда советская анимация, с одной стороны, осваивала «диснеевскую технику» и принципы типизации персонажа, а с другой — существовала в условиях жёсткого идеологического давления и военного дефицита ресурсов. Именно в этот момент образ зайца перестаёт быть только фольклорным трикстером или жертвой и начинает выполнять функции, связанные с визуальным конструированием нормативного поведения — храбрости, взаимовыручки, коллективизма.Пять выбранных фильмов — «Заяц-портной» (1937) реж. Валентины Брумберг и Зинаиды Брумберг, «Ëлка» (1942) реж. Петра Носова и Михаила Цехановского, «Лиса, заяц и петух» (1942) реж. Ольги Ходатаевой, «Краденое солнце» (1944) реж. Ивана Иванов-Вано и «Телефон» (1944) реж. Михаила Цехановского — позволяют проследить эволюцию образа зайца на фоне смены художественного стиля и идеологических задач. Ценность этого корпуса состоит в том, что заяц в нем предстает в разных амплуа: ремесленник-труженик, член лесного коллектива, жертва и участник противостояния.

«Лиса, заяц и петух» (1942) реж. Ольга Ходатаева. Кадр из фильма и обложка

«Заяц-портной» (1937) реж. Валентина Брумберг, Зинаида Брумберг. Обложки

Отбор фильмов производился по нескольким критериям: наличие зайца в качестве визуально различимого персонажа, хронологический охват, позволяющий увидеть трансформацию образа на протяжении семи лет, включающих предвоенный, военный и финальный военный периоды и производство на студии «Союзмультфильм», что обеспечивает сопоставимость технологических условий и художественных традиций.Я решила разбить сравнительный визуальный анализ по трём критериям, связанным с пропорциями тел персонажей, соотношением тона с фонами и социальными ролями в фильмах. Эти же критерии помогли сформировать гипотезу и вопрос исследования. Я задалась вопросом, как визуальный образ зайца в советской анимации 1937–1944 годов трансформировался и в какой мере эти трансформации были направлены на конструирование типажа «маленького героя» — персонажа, чья визуальная хрупкость компенсируется моральной устойчивостью и включенностью в коллектив? На мой взгляд, образ зайца эволюционирует от декоративной характерности к герою с характером или частью одного сильного общества, при которой визуальная составляющая является стратегией создания универсального положительного героя.

«Краденое солнце» (1944) реж. Иван Иванов-Вано. Обложка и кадр из фильма

«Телефон» (1944) реж. Михаил Цехановский. Обложки

Заяц военных лет — это визуальный прообраз «маленького человека», чья хрупкость читается как моральное право на защиту и одновременно как готовность к коллективному сопротивлению.

Силуэт и анатомия зайца

Первая глава исследования посвящена тому, как сконструировано тело зайца — его пропорции, характер линии, степень детализации меха, подвижность ушей и мимики. На мой взгляд, именно визуал задает первое впечатление о персонаже и его месте в визуальном мире фильма.

«Заяц-портной» (1937) реж. Валентина Брумберг, Зинаида Брумберг

В «Зайце-портном» (1937) братья Брумберг работают в популярной на тот момент «диснеевской технике», из-за чего заяц получает максимально детализированное, округлое тело с выраженной мимикой и антропоморфными руками-лапами, приспособленными для шитья. По сюжету герой работает портным и берёт заказы на шитьё брюк для овец и формы для медвежат, но из-за большого количества пройденного времени старые мерки становятся неактуальными. Одежда не подходит заказчикам и их злость срывается на портного.Силуэт зайца мягок, уши подвижны и участвуют в мимической игре, а костюм, состоящий из фартука и очков, закрепляет образ его профессии. Это наиболее «индивидуализированный» заяц: он наделён характером хвастуна, и пластика служит раскрытию этого характера.

«Заяц-портной» (1937) реж. Валентина Брумберг, Зинаида Брумберг

В «Ëлке» (1942) Цехановский и Носов сохраняют округлость форм, но уменьшают степень детализации: заяц вписан в групповые сцены, его тело работает на коллективное действие, а не на сольную выразительность. В фильме лесные жители (зайцы, лисы, медведи и белки) дружно готовятся к встрече Нового года, заготавливают и украшают ёлки. Но злые волки почти убегают с подарками Деда Мороза, тем самым чуть не лишая зверей праздника. В конце герои дают отпор антагонистам.Линия становится проще, мимика сдержаннее, уши зайцев уже не несут самостоятельной драматургической нагрузки. Это переходный тип: заяц еще сохраняет «мягкость» диснеевской школы, но уже подчинён задаче коллективной репрезентации.

«Ëлка» (1942) реж. Петр Носов и Михаил Цехановский

Original size 2668x1501

«Ëлка» (1942) реж. Петр Носов и Михаил Цехановский

«Лиса, заяц и петух» (1942) Ходатаевой показывает образ зайца-жертвы. Его пластика строится на контрасте с агрессивной, угловатой лисой: заяц меньше, его движения осторожны, позы выражают неуверенность, силуэт как будто сжимается в присутствии антагониста. Лубяная избушка, которую он строит, визуально «крепче» его самого — дом оказывается значительнее хозяина. Однако сам заяц по сюжету фильма даёт отпор лисе с помощью своих лесных друзей и забирает обратно свой дом.

Original size 1280x720

«Лиса, заяц и петух» (1942) реж. Ольга Ходатаева

«Лиса, заяц и петух» (1942) реж. Ольга Ходатаева

В «Краденом солнце» (1944) Иванов-Вано использует зайца как элемент массовки в сценах коллективного действия. Пластическая характеристика сведена к минимуму. Его индивидуальный силуэт растворяется в группе зверей, бегущих к медведю, который, в свою очередь, хочет вернуть солнце, которое проглотил крокодил.Наконец, в «Телефоне» (1944) Цехановского заяц появляется лишь как абонент на другом конце провода, как и другие звери. Его визуальная характеристика ограничена голосом и условным силуэтом в трубке. Тело зайца больше не несет сложной характерной информации.

«Краденое солнце» (1944) реж. Иван Иванов-Вано

«Телефон» (1944) реж. Михаил Цехановский

Роль цвета и света

Свет и цвет в анимации служат важнейшим инструментом для определения иерархизации персонажей. Для большинства фильмов цветной вариант либо не сохранился, либо отсутствовал изначально.

«Заяц-портной» (1937) реж. Валентина Брумберг, Зинаида Брумберг

В «Зайце-портном» заяц, вероятно, был выделен светлым тоном и на контрасте чёрным жилетом на фоне более тёмного интерьера ателье, что соответствовало его статусу хозяина пространства.Тем временем в «Лисе, зайце и петухе» заяц и его лубяная избушка образуют единую тональную зону «своего», тогда как лиса и ее ледяной дом — зона «чужого», и захват дома визуально читается как вторжение в личное пространство.

Original size 1000x562

«Лиса, заяц и петух» (1942) реж. Ольга Ходатаева

«Лиса, заяц и петух» (1942) реж. Ольга Ходатаева

Образ зайца в советской анимации 30-х и 40-х годов
Project created at 19.11.2026
We use cookies to improve the operation of the website and to enhance its usability. More detailed information on the use of cookies can be fo...
Show more