Введение
Использование лимитированной анимации означает упрощение всех аспектов мультфильма — от детальности проработки отдельного объекта в сцене, до реалистичности и плавности движения в целом. Однако несмотря на равномерное упрощение, чаще всего именно пространство низводится до функции: упор делается не на изображение места действия, а формирование его образа в голове у зрителя. Такой подход приводит к потере полнота и ощущение объема — пространство становится условностью, реквизитом для сцены.
Пространства, в которых разворачиваются события работ студии Zagreb Film, часто максимально упрощены с точки зрения формы и деталей: помещение нередко сводится к паре знаковых объектов-символов, иногда даже нескольких линий и углов. Чаще всего пространство ограничено фоновым изображением, проработка которого варьируется от простой заливки до сложного анимированного паттерна. Однако при всей простоте исполнения отдельных элементов пространство не теряет полноты и «сложности»: локации в работах студии всегда имеют несколько взаимодействующих друг с другом плоскостей, из-за чего даже при отсутствии множества деталей создается впечатление объема.
Surogat, реж. Dušan Vukotić, 1961
Несмотря на видимую «второстепенность», как с нарративной, так и с визуальной точек зрения, пространство в работах Zagreb Film отходит от роли простой декорации, впрочем редко выходя на первый план. Благодаря упору на интерпретацию, а не простое изображение реального мира (Sanja Bahun, 2011), пространство становится полноценным персонажем: имеет «характер», свою логику и правила, и способно меняться без прямого вмешательства. Герой взаимодействует с окружающим миром уже не только в «гэговом» контексте, из-за чего пространство косвенно приобретает нарративную важность. При этом фокус все еще держится на главном герое, из-за чего пространство принимает необходимую — хоть и крайне интересную — форму под нужды или ограничения каждого отдельного фильма.
Пространство оживает с концептуальной точки зрения, и, как следствие, его «техническая» реализация отходит от привычных форм. Интересным визуальным проявлением такого «подчинения» является упразднение «камеры»: полноценное, объемное пространство достигается за счет «сплющивания» объектов и целых сцен без смен ракурса и любого движения «взгляда». Кадр захватывает не просто срез комнаты, а полноценною локацию.
Важным фактором в развитии «сложного» пространства стала направленность сюжетов студии на внутренние переживания человека. Фокус на субъективность позволяет изображать привычную эстетику и события не просто в стилизованном формате, но и в символическом ключе. Визуальные приемы, формирующие «мир» — это уже не просто игра с формой, а резонанс с лейтмотивом картины. Окружающее пространство методично разбирается на составляющие, упрощается до сухого минимума и воздвигается вокруг героя. Его взаимодействие — или лучше сказать, столкновение — с пространством становится частым и иногда ключевым событием фильмов. Именно в такие моменты пространство и отходит от статичных канонов, проявляя свою роль как еще одного героя картины.
В данном визуальном исследовании я хочу проанализировать визуальные приемы, благодаря которым в работах студии Zagreb Film формируется сложное — живое — пространство.
Рубрикатор
- Плоское пространство — Плоская перспектива — Множественные кадры на холсте
- Работа с «камерой» — Наслаивание — Движение по холсту — Быстрая динамика
- Взаимодействие героя и пространства — Герой, определяющий плоскость — Между планами — Разрушение
- Живое пространство — Рассинхронизация с героем — Сложная анимация
- Заключение
- Источники изображений
- Библиография
Плоское пространство
Koncert za mašinsku pušku, реж. Dušan Vukotić, 1958
Пространство является одним из наиболее трудозатратных элементов анимационного фильма: «наблюдение» за перемещением героя часто требует если не перехода на полностью новую сцену, то «взгляд» на имеющееся окружение под новым углом.
Помещение пространства всего фильма на один холст позволяет сохранить детальность отдельных сцен, без использования множества ракурсов, а также передать их взаимосвязь без использования дополнительных переходов.
Плоская перспектива
Inspektor se vratio kući! , реж. Vatroslav Mimica, 1959
Работы студии часто представляют локацию в виде полотна, на котором каждый объект изображен со своей перспективой и ракурсом. Такая «развертка» пространства позволяет персонажу плавно передвигаться по сцене или даже между ними без потери деталей или темпа.
Jaje, реж. Vatroslav Mimica, 1959
Множественные кадры на холсте
Uzbudljiva ljubavna priča, реж. Borivoj Dovniković Bordo, 1989
Dnevnik, реж. Nedeljko Dragić, 1974
Album, реж. Krešimir Zimonić, 1983
Расположение сразу нескольких кадров на одном экране создает ощущение среза мира и, в некоторой мере, кукольности происходящего: зритель может одновременно наблюдать за одной сценой с разных точек зрения, так и совершенно разными локациями. И если в первом случае локация просто обобщается деталями, то во втором зритель получает представление о мире фильма в целом (переписать).
Работа с «камерой»
Наслаивание
текст
Mala kronika, реж. Vatroslav Mimica, 1962
Inspektor se vratio kući! , реж. Vatroslav Mimica, 1959
Koncert za mašinsku pušku, реж. Dušan Vukotić, 1958
Движение по «холсту»
Piccolo, реж. Dušan Vukotić, 1959.
Герой может двигаться по плоскости, несмотря на изображенный объем: преодоленное таким образом пространство превращается в символ.
Samac, реж. Vatroslav Mimica, 1958
Быстрая динамика
текст
Đavolja posla, реж. Zlatko Grgić, 1965
Dnevnik, реж. Nedeljko Dragić, 1974
Riblje oko, реж. Joško Marušić, 1980
Взаимодействие героя и пространства
Surogat, реж. Dušan Vukotić, 1961
Герой фильмов Zagreb Film способен не просто воздействовать на свое окружение, но и напрямую затрагивать пространство мультфильма — выстраивать его логику, менять ранее сформировавшиеся каноны.
Samac, реж. Vatroslav Mimica, 1958
Герой, определяющий плоскость
Dnevnik, реж. Nedeljko Dragić, 1974
Нередко пространство кадра представляет собой неразрывное полотно: передний и задний план в привычном смысле упразднены или слиты воедино. В таком случае ощущение глубины достигается без прямого изображения объема благодаря движению героя: его перемещение по сцене очерчивает границы видимого пространства и задает его логику.
Djevojka za sve, реж. Nikola Kostelac, 1959
Bumerang, реж. Boris Kolar, 1962
Иногда герой свободно перемещается по пространству, наперекор предпологаемым «законам»: он может как полностью не реагировать на окружение, так и выборочно цепляться за него, однако без привязки к гравитации или пройденному расстоянию.
Подобные перемены могут происходить без юмористической подоплеки, и даже без пребывания героя в подсознательном мире или во сне. Такое движение лишь подчеркивает подконтрольную природу пространства, не отрицая при этом его
Samac, реж. Vatroslav Mimica, 1958
Don Kihot, реж. Vlado Kristl, 1961
Между планами
Перемещение героя между несколькими планами задает границы невидимого пространства, добавляя глубины плоскому изображению и структурируя какофонию разрозненных — и нередко подвижных — объектов в кадре.
Помимо простой передачи масштаба, такое движение подчеркивает механ: резкие переходы из одной точки пространства
Samac, реж. Vatroslav Mimica, 1958
Inspektor se vratio kući! , реж. Vatroslav Mimica, 1959
Mala kronika, реж. Vatroslav Mimica, 1962
Разрушение
текст
Piccolo, реж. Dušan Vukotić, 1959
Muha, реж. Aleksandar Marks, 1966
Живое пространство
Mora, реж. Aleksandar Marks, Vladimir Jutriša, 1976
Иногда пространство приобретает собственное дыхание, приходя в движение без вмешательства героя.
Рассинхронизация с героем
текст
Mala kronika, реж. Vatroslav Mimica, 1962
Сложная анимация
Пространство является реактором, нежели активным участником действия: оно способно реагировать на переживания героя, меняться в такт его страхам или радостям.
Sreća, реж. Zlatko Pavlinić, 1976
Чаще всего пространство и его элементы остаются неподвижными пока не наступит смена плана или герой напрямую не выведет их из статичного состояния, например, подвинув. Из-за чего даже простая анимация доселе «бездушных» объектов, оживляет сам мир фильма.
Заключение
Uzbudljiva ljubavna priča, реж. Borivoj Dovniković Bordo, 1989
Деконструкция пространства и его нарративной роли в фильме, а также последующие многочисленные стилистические и технические эксперименты привели сформировали новое прочтение
Пространство оживает с технической и концептуальной стороны. Взаимосвязь этих Несмотря на более живую форму, пространство остается
Пространство в анимационных фильмах студии Zagreb Film находится в необычной позиции: потеряв статичность, оно все же не обретает полной субъектности. Находясь в прямой зависимости от главного героя или фоновой толпы, пространство все же не подчиняется им до конца. Подобную «механическую» суть миров хорошо подчеркивают столь же механические в своем проявлении техники их изображения: фиксированные повороты, наложение разных планов друг на друга, скольжение и другие. Идеи «борьбы с внешним миром» или «выходом за привычные рамки» в работах студии теряют всякую метафоричность. Герой способен разрушать «реальность» как в прямом, так и в переносном смысле: избавляться от фона или одним движением напрочь ломать ранее установленные им же правила.
текст 2
Croatian Animation, Then and Now: Creating Sparks or Just a Little Bit of Smoke? // Kinokultura URL: https://www.academia.edu/128407958/Croatian_Animation_Then_and_Now_Creating_Sparks_or_Just_a_Little_Bit_of_Smoke (дата обращения: 19.04.2026).
Morton, Paul. 2020. Boomerangs and Bombs: The Zagreb School of Animation and Yugoslavia’s Third Way Experiment. Cambridge University Press (CUP)
Inspektor se vratio kući! (Vatroslav Mimica, 1959)
Samac (Vatroslav Mimica, 1958)
Mala kronika (Vatroslav Mimica, 1962)
Piccolo (Dušan Vukotić, 1959)
Muha (Aleksandar Marks, 1966)
Mora (Aleksandar Marks, Vladimir Jutriša, 1976)
Don Kihot (Vlado Kristl, 1961)
Koncert za mašinsku pušku (Dušan Vukotić, 1958)
Dnevnik (Nedeljko Dragić, 1974)
Surogat (Dušan Vukotić, 1961)
Bumerang (Boris Kolar, 1962)
Koncert za mašinsku pušku (Dušan Vukotić, 1958)
Dnevnik (Nedeljko Dragić, 1974)
Mačka (Zlatko Bourek, 1971)
Jaje (Vatroslav Mimica, 1959)
Sreća (Zlatko Pavlinić, 1976)
Đavolja posla (Zlatko Grgić, 1965)
Album (Krešimir Zimonić, 1983)
Uzbudljiva ljubavna priča (Borivoj Dovniković Bordo, 1989)
